МОЛЕНИЕ О ЧАШЕ

(Борение в  Гефсиманском саду)

(Матфей, 26:36-46; Марк, 14:32-42; Лука, 22:39-46)

(36) Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там. (37) И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, начал скорбеть и тосковать. (38) Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. (39) И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как я хочу, но как Ты. (40) И приходит к ученикам и находит их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? (41) бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. (42) Еще, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя. (43) И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели. (44) И, оставив их, отошел опять и помолился в третий раз, сказав то же слово. (45) Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы все еще спите и почиваете? вот приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников; (46) встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня.

(Мф. 26:36-46)

Место, куда отправился Иисус, встав с Тайной Вечери, — Гефсимания (селение, согласно Мк. 14:32, или сад, согласно Ин. 18:1) — было традици­онным местом уединения Иисуса; находилось оно за потоком Кедрон. Иоанн прямо говорит, что «Иисус часто собирался там с учениками Своими» (Ин. 18:2). («Гефсимания» значит «пресс для выжимания масличных плодов»; в масличных рощах всегда устанавливали прессы для выжимания масла из оливок.) Здесь Иисус вынес тот страшный гнет безмерной душевной муки, который исторг из Его уст невольный душераздирающий вопль: «Душа Моя скорбит смертельно». «Борение» (греческое «agon» — «борьба») означает здесь духовную борьбу между двумя сторонами природы Христа — человеческой, которая страшится неминуемых мучений и желала бы избежать их, и боже­ственной, которая придает Ему силы.

В искусстве встречаются изображения моления Христа, при котором присут­ствуют (спящими) либо, чаще, трое Его учеников — Петр, Иаков и Иоанн (Мантенья),

Андреа Мантенья. Моление о чаше. (1460—1470). Лондон. Национальная галерея

 

либо одиннадцать (Иуда с Тайной Вечери уже отправился за воинами, чтобы предать им в руки Христа; мозаики церквей Сайт Алоллинаре Нуово в Равенне и Сан Марко в Венеции. Это различие в количестве учеников объясняется известным расхождением в рассказах евангелистов об этом эпизоде. Б. Гладков, комментируя его, пишет: «Войдя в сад, Иисус остановил Апостолов и сказал им: посидите тут, пока Я помолюсь там. Но не всех Он оставил тут: трех Апостолов, Петра, Иакова и Иоанна, которые видели славу Его Преоб­ражения, Он взял с Собою и пошел с ними в сад. Св. Лука повествует, что Иисус отошел от Апостолов на расстояние вержения камня, то есть на такое расстояние, на какое обыкновенно долетает брошенный камень (Лк. 22:41). Говоря вообще довольно кратко о случившемся в Гефсиманском саду, Лука не поясняет, от остальных ли при самом входе в сад Апостолов отошел Иисус на вержение камня, или от трех тех, которых взял с Собою; и не поясняет он этого потому, что вовсе не упоминает о взятии Иисусом с Собою трех Апостолов. А так как, по сказаниям евангелистов Матфея и Марка, Иисус немного отошел от Петра, Иакова и Иоанна, то следует признать, что на вержение камня Иисус отошел с тремя Апостолами от остальных. К этому заключению приводит еще и то соображение, что начало Гефсиманской молитвы Иисуса должны были слышать Петр, Иаков и Иоанн, иначе мы ничего не знали бы о ней; слышать же эту молитву они могли в том только случае, когда Иисус отошел от них немного, то есть когда находился от них вблизи; на расстоянии же вержения камня нельзя было слышать молившегося» (Гладков Б., с. 605).

Иисуса было принято изображать либо молящимся на коленях, согласно Луке («преклонив колени» — Лк. 22:41), либо распростертым на земле, согласно Матфею и Марку («пал на землю» — Мк. 14:35).

Определенный иконографический тип изображения этого сюжета установил­ся в эпоху Возрождения: Христос молится, стоя на коленях на скалистом плато, как это изображено у Мантеньи; перед Ним чаша — образ, передающий буквальный смысл евангельского слова (Трогер);

Пауль Трогер. Моление о чаше. (Ок. 1750). Вена. Музей барокко



порой спускающийся к Нему с неба Ангел несет чашу и хлеб — символы Евхаристии; такое «расширитель­ное» толкование видения Христа не находит подтверждений в Евангелии. Часто вместо чаши Ангелы несут инструменты Страстей — крест, копье, иссоп, колонну и так далее (Мантенья; здесь Ангелы предстают в облике античных амуров — отражение общего отношения к античности в эпоху Возрождения). Трое учеников изображаются спящими у подножия холма, на котором молится Иисус; их можно идентифицировать по ставшим к тому времени традиционны­ми характерным чертам и атрибутам: Петр — с короткой вьющейся бородой, он самый старый из них, порой у него имеется меч, которым он будет орудовать в следующей сцене — Взятие Христа под стражу; Иаков — мужчина зрелого возраста, темноволосый; Иоанн — самый молодой, с длинными, иногда до плеч, светлыми волосами.

ПРИМЕРЫ И ИЛЛЮСТРАЦИИ:

Моление о чаше. (VI век). Равенна. Мозаика церкви Сант Аполлинаре Нуово.

Моление о чаше. (IX век). Венеция. Мозаика собора Сан Марко.

Андреа Мантенья. Моление о чаше. (1460—1470). Лондон. Национальная галерея

Альбрехт Дюрер. Моление о чаше. (Из серии гравюр «Малые Страсти») (1515).

Эль Греко. Моление о чаше. 1595. Толедо (США, штат Огайо). Музей искусств.

Пауль Трогер. Моление о чаше. (Ок. 1750). Вена. Музей барокко.

© Александр МАЙКАПАР